Nina Dobrynchenko-Matusevich

 

О реальных проблемах начинающих социальных предпринимателей, причинах низкой эффективности государственной поддержки такого бизнеса размышляет советник Департамента по формированию Системы «Открытое правительство» Аппарата Правительства РФ Нина Добрынченко-Матусевич.

– В системе «Открытого правительства» вы занимаетесь вопросами социальной политики. Тема социального предпринимательства вам, вероятно, близка?

– Совершенно верно. Хотя никакого конкретного проекта по социальному предпринимательству в «Открытом правительстве» нет. Надеюсь, пока нет. Потому что сама тема постоянно всплывает. Но давайте сначала договоримся о терминах. Что такое социальное предпринимательство? Государство трактует его как предпринимательство в социальной сфере. То есть как бизнес, связанный с оказанием социальных услуг населению.

Но мне кажется, да и многие эксперты считают, что социальное предпринимательство – это бизнес, создающий общественное благо. Это, согласитесь, немного другой подход. Давайте всё-таки исходить из второго определения.

– Хорошо. Так как речь идёт всё-таки о бизнесе, а не о благотворительности, то возникает вопрос: какая государственная структура должна этот бизнес курировать: помогать ему развиваться, создавать какую-то нормативную базу, контролировать, наконец?

– Понятно, что проще делегировать эти функции Министерству труда и социальной защиты, Министерству здравоохранения, Министерству образования и науки. Однако практика показывает, что это не очень эффективно. Просто потому что практика в министерствах иная, им трудно работать с быстро растущими рынками и нестандартными проектами. Но для таких историй создано Агентство стратегических инициатив. Кроме того, более 10 лет успешно работает Агентство социальной информации, которое всячески поддерживает такого рода проекты информационно. С другой стороны, уже появилось немало сильных некоммерческих организаций, реализующих бизнес-проекты, создающие общественное благо. Они на практике демонстрируют, что эта деятельность сегодня вполне может быть успешной.

– Но если бы таких организаций, таких примеров было много, то и проблемы бы не существовало. А они есть. Давайте на них и сосредоточимся.

– Проблем, действительно, немало. Постараюсь говорить о них на конкретных примерах. Вообще, социальное предпринимательство, на мой взгляд, наиболее перспективно развивать на базе малых предприятий, частных предпринимателей. Людей деятельных, неравнодушных сейчас немало. Но вот почва для реализации их проектов пока не самая благоприятная.

Начинается с подозрительного отношения многих к подобным инициативам: «Если вы в социальной сфере, если вы оказываете социальные услуги тем, кто в этом нуждается, тогда почему вы делаете на этом бизнес? Это бизнес на людских проблемах. Нехорошо…» С такой вот демагогией приходится сталкиваться очень часто. Понятно, что и отношение к социальным предпринимателям соответствующее. Мне кажется, они нуждаются в своего рода «зонтике» для защиты.

– «Зонтике» нормативно-законодательном? Нужен закон?

– Нужен. С другой стороны, необходима общественная поддержка, признание важности социального предпринимательства как такового.

Давайте всё-таки к конкретным примерам перейдём. В той сфере, которая мне хорошо знакома. Речь идёт о так называемых «мама-проектах». У нас немало женщин, в том числе и многодетных, которые столкнулись с какой-то проблемой, решили её и потом попытались помочь другим. И желательно немного на этом заработать. Как правило, это связано либо с образованием, либо с воспитанием, либо с организацией досуга детей, родителей. Так вот, у всех них одинаковая проблема – как таковой бизнес из этого не создашь.

Например, в Москве, в парке имени Горького Ольга Рябинкина реализовала проект «Мамалыш». Это своего рода детский центр нового типа для малышей до 6 лет и их мам. Она сделала эту небольшую площадку на базе «Зелёной школы». У них есть дискуссионный клуб «Мамы говорят», большая программа занятий и разных форм досуга. Абсолютно незамысловатая идея, но оказалась востребованной. А вот никакого бизнеса организовать не получается. Потому что весь такого рода бизнес в Москве начинается и заканчивается при решении вопроса аренды помещения. Об общественном, социальном проекте говорить можно, о бизнесе – нет.

Отчасти и поэтому сейчас активно развиваются интернет-проекты. Один из них – «Мамина школа» Елены Ивановой. Это онлайн-курсы для мам, для пап, для бабушек, для дедушек. Здесь же можно получить квалифицированную консультацию специалистов по очень широкому кругу вопросов, которые волнуют родителей. За очень умеренную плату. Недавно ввели новый сервис, где женщина может получить какие-то новые знания, навыки, квалификацию для надомной работы, пока ребёнок не подрос.

Это в принципе достаточно уникальный проект, и не только для России. Лена недавно вернулась из США, куда её приглашали для обмена опытом. У неё есть приглашения и из Европы, из стран СНГ.

Она тоже пытается делать из этого бизнес. Это логично, потому что уже есть серьёзная аудитория, есть специалисты-консультанты, уже появляется бренд, какая-то известность. Но, как у каждого бизнеса, особенно становящегося на ноги, начинаются проблемы.

Например, у них ещё есть такая услуга – высылают диски с уроками, другими материалами. Они пользовались спросом. Но тут появился «конкурент», который стал от имени «Маминой школы» предлагать диски. На которых, кстати, ничего даже не записано. Это же удар по репутации. Там была целая детективная история, которая перешла в сферу авторских прав, интеллектуальной собственности. Известно, как у нас в стране обстоит дело с этими вопросами. Это и для крупных компаний проблема. То есть нужна юридическая поддержка, причём серьёзная, дорогостоящая. А кто защитит «Мамину школу»?

– Вообще-то, это переход к теме господдержки такого рода предпринимателей…

– Совершенно верно. Причём разнообразной поддержки. Например, есть же гранты для некоммерческих организаций. Фонды и НКО, особенно социально ориентированные, получают грантовую поддержку со стороны государства. Это достаточно серьёзные средства.

Поэтому хорошо, если бы, например, был какой-то специальный грантовый фонд для такого рода небольших проектов, о которых я говорила, которые приносят очевидное общественное благо. Площадка в большом парке в городе, где могут мамы с детишками проводить время и какую-то ещё при этом образовательную, воспитательную помощь получать, – это, в общем, проект достаточно серьёзный для развития общества, для поддержки материнства и детства.

Но здесь тоже существует проблема. Даже крупным фондам, организациям трудно получить грантовую поддержку, потому что очень много условий, которые нужно выполнить. Сложно заполнять заявку, нужно собирать рекомендации. Ты должен год или два официально работать в этой сфере. У тебя должен быть бухгалтер, юрист, надо проводить ежегодный аудит и т.д.

Сложно зарегистрировать некоммерческую организацию. Но если ты её зарегистрировал, дальше начинаются ограничения по деятельности, по отчётности и по прибыли.

Вот ещё пример – один из моих любимых образовательных проектов «Булки не растут на деревьях». Мария Иванова (создатель проекта) делает очень важную работу – она демонстрирует школьникам разные современные профессии и помогает выбирать свою. Это то, чего не делает школа и не делают родители. Важный проект? Важный. А кто может помочь Маше и «Булкам»? Непонятно.

Если бы Мария и её коллеги могли получить грант, то, несомненно, им стало бы легче делать своё прекрасное дело.

Ещё пример. Многодетная мать может по законодательству открыть домашний детский сад, который вправе претендовать на достаточно солидную госсубсидию. И школу вроде бы открыть тоже несложно. В теории.

Я вам могу 2 часа рассказывать, как я, родив третьего ребёнка, сама пыталась открыть и домашний детский сад, и школу. Если знать, сколько для этого нужно выполнить всевозможных условий, собрать бумаг, обойти кабинетов, то лучше и не браться.

– То есть на государственном уровне принят ряд правильных решений, но вот с механизмами их реализации – проблема.

– Да, так и получается. Я считаю, что в принципе если социальным предпринимателям обеспечить методическую, организационную, информационную поддержку, то они сдюжат. Финансы – это уже второе, потому что можно найти каких-то спонсоров, которые поддержат на первом этапе.

Но тут вот ещё какой вопрос. Мы говорим: обратиться за помощью к государству. Что такое – обращаться к государству? В Министерство труда и социальной защиты? Министру звонить? Должны быть созданы специальные «шлюзы». То есть, образно говоря, ты приходишь в конкретное государственное учреждение, а там – специальное окошечко, где написано «Для социальных предпринимателей». И знаешь, что тебе помогут.

– А кто должен, по вашему мнению, заниматься созданием этих самых «шлюзов»?

– Я бы предложила Агентству стратегических инициатив заняться организацией таких «шлюзов». А потом можно и «Открытое правительство» подтягивать. Но, конечно, нужно действовать осторожно, чтобы не задавить ростки социального предпринимательства.

– Но есть риск, что государство, а конкретно чиновники рьяно займутся «регулированием».

– Существует такой риск, к сожалению. С другой стороны, он уменьшится, если социальных предпринимателей будет представлять какое-нибудь солидное объединение бизнеса, профессиональное сообщество или организация. Тот же Российский союз промышленников и предпринимателей вполне, мне кажется, может создать у себя, условно говоря, Отдел методической поддержки социального предпринимательства или что-то подобное. Это было бы здорово.

– Есть ли смысл в создании какой-то специальной ассоциации, объединяющей социальных предпринимателей?

– Да, такое объединение необходимо. Есть потребность создания Ассоциации социальных предпринимателей. Именно Ассоциации – в рамках которой можно разрабатывать профессиональные стандарты, как-то участвовать в законотворческой деятельности и т.д. Следующий аспект – просветительский. Надо ездить по стране и рассказывать, что такое социальное предпринимательство, как можно эти проекты создавать, как искать поддержку, где её искать. И формировать, если хотите, «светлый образ социального предпринимателя» в глазах и чиновников, и населения.

Это вопрос самоорганизации, надо объединяться.

Возможно, есть смысл говорить и о фонде проектов социального предпринимательства, который мог бы находить финансирование, специалистов, оказывать консультационную поддержку.

Собственно, что-то в этом направлении уже делается. Тот же проект Startup Women Марии Косенковой как-то помогает и подсказывает, каким образом искать инвесторов, как составлять финансовые документы и т.д. На первом этапе это очень важно.

Есть различные неформальные объединения. Например, своего рода клуб поддержки родительских проектов «Родительское собрание» создала Антонина Цицулина – президент Ассоциации предприятий индустрии детских товаров. Она и опытом делится, и советы нужные даёт, и реально поддерживает проекты.

В принципе, если таких площадок будет всё больше и больше, и не только в Москве, но и в регионах, то постепенно это может преобразоваться в полноценное общественное движение.

Источник: http://businessofrussia.com/%D0%BC%D0%B0%D0%B9/item/199-nina-dobrynchenko-matusevich.html

Leave a Comment